Израиль и палестинская проблема (исторический очерк)

Материал из ЕЖЕВИКИ - EJWiki.org - Академической Вики-энциклопедии по еврейским и израильским темам
Перейти к: навигация, поиск



Источник: Электронная еврейская энциклопедия на русском языке
Тип статьи: Регулярная статья
Основная статья: Израиль
См. также статью: Государство Израиль‎‎

Израиль и палестинская проблема.

Государство Израиль Во время арабских беспорядков в Старом городе Иерусалима. 1936 г. Государственное бюро печати. Израиль.


Содержание

Сионистское движение и арабы Палестины

Британский мандат

В июле 1922 г., когда Лига Наций официально утвердила мандат на управление Палестиной, предоставленный британцам на международной конференции в Сан-Ремо двумя годами ранее, в стране проживали около шестисот тысяч арабов и всего восемьдесят тысяч евреев. Будущее этой территории было крайне туманным: подмандатная территория не колония, согласно Уставу Лиги Наций, держатель мандата не обладал безраздельной властью над вверенными ему территориями, напротив, держателю мандата вменялось в обязанность оказывать местным общинам содействие в управлении страной до тех пор, «пока они не созреют окончательно для обретения независимости». Иными словами, полномочия страны — держательницы мандата носили исключительно временный характер, срок мандатного правления должен был когда-либо завершиться, однако ни в одном из постановлений не было сказано, когда именно. Ясное понимание того, что британское правление — явление временное и полная неопределенность относительно конца этого правления были важными факторами, которые дестабилизировали социально-политическую обстановку в стране. Обе общины — и арабская, и еврейская — знали, что настанет день, когда британцы покинут Палестину, и должны были к этому подготовиться, не имея ни малейшего представления, случится это через год, через десять лет или через полвека.

Вопрос о том, какая форма политического устройства возникнет в Палестине после ухода британцев, также оставался открытым. Это могло быть арабское государство, где евреям как национальному меньшинству будут гарантированы те или иные права, либо еврейское государство, в соответствии с духом статьи 2 Постановления о мандатном правлении в Палестине, гласившей: «Мандатный уполномоченный будет нести ответственность за создание в стране таких политических, административных и экономических условий, которые наилучшим образом обеспечат создание еврейского национального дома». Речь могла идти и о едином еврейско-арабском государстве, либо унитарном, либо федеративном. Подобная «размытость» представлений об окончательном статусе Палестины провоцировала каждую из сторон на действия, которые должны были бы возыметь необратимые последствия, чтобы, когда вопрос о будущем Палестины/Эрец-Исраэль окажется на повестке дня, невозможно было с ними не считаться.


В Постановлении о мандатном правлении в Палестине ни разу не фигурировало понятие «еврейское государство», а лишь заимствованное из письма министра иностранных дел Великобритании А. Дж. Бальфура лорду Л. У. Ротшильду (известного как Бальфура Декларация от 2 ноября 1917 г.) понятие «национальный дом для еврейского народа». Как известно, в Декларации Бальфура ничего не говорится о том, что такое «национальный дом», каков его статус — будет ли это еврейское государство, еврейская автономия (политическая или национально-культурная) либо речь идет о некоем «духовном центре», «очаге» развития языка иврит и национальной культуры. Эти различные пути развития страны неодинаковым образом могли затронуть палестинских арабов: если при создании еврейского государства им оставалось довольствоваться ролью национального меньшинства, то в «духовном центре» им вполне мог принадлежать и политический суверенитет. Кроме того, Декларация Бальфура никак не определяет территориальные границы будущего «национального дома для еврейского народа», и оставалось совершенно неясным, идет ли речь о всей территории Палестины или только о какой-либо ее части. На конференции в Сан-Ремо, прошедшей в 1920 г., в сферу британского мандата были переданы, в числе прочих, и территории к востоку от реки Иордан, на которых год спустя британцами был создан эмират Трансиордания (с декабря 1948 г. — Иордания); еврейским иммигрантам было запрещено селиться в нем. Было неясно, каково значение этого решения для будущего Палестины. Значило ли создание арабского государства Трансиордания на большей части территории, переданной под британское мандатное управление, что на всей остальной территории будет создано еврейское государство, либо, наоборот, подобно тому, как на восточном берегу Иордана было создано арабское государство, так и к западу от реки Иордан будет создано арабское государство? Существовала и еще одна возможность: раздела территорий к западу от Иордана между арабами и евреями.

Ни евреи, ни арабы, ни даже англичане не представляли себе в начале 1920-х гг., какое политическое будущее ждет Палестину/Эрец-Исраэль. В этих условиях каждая из сторон прикладывала все возможные усилия для того, чтобы максимально увеличить свои шансы на обретение политического суверенитета в послемандатный период. Сами мандатные власти также не имели ясного и четкого видения желаемой для них будущей политической ситуации: понимая важность Палестины не только как страны, на карте которой значатся святые для христианского мира места, но и как региона, находящегося на пересечении торговых путей между Европой, Азией и Африкой, как «ворот» от Средиземного моря к нефтяным полям Среднего Востока, британцы не знали, сколько они планируют пробыть в Палестине и на каких условиях они будут готовы уйти из нее. В этих условиях лидеры каждой из населявших страну национальных общин пытались повлиять на политику мандатных властей. С первых дней своего правления в Палестине британцы оказались втянутыми в водоворот противостояния между палестинскими арабами и еврейским национальным движением.

Постановление о мандатном правлении в Палестине было сформулировано таким образом, что явно не предполагало межнациональную напряженность между населяющими страну общинами. Так, статья вторая этого документа гласила, что «страна — держатель мандата будет нести ответственность за создание в Палестине таких политических, административных и экономических условий, которые наилучшим образом обеспечат создание национального дома для еврейского народа», а также «обеспечит защиту гражданских и религиозных прав всех жителей Палестины, независимо от расовой и религиозной принадлежности». Предполагалось, что создание национального дома для еврейского народа совместимо с защитой прав жителей Палестины иной расовой и религиозной принадлежности. Статья шестая декларировала, что мандатная администрация «будет обеспечивать наиболее благоприятные условия для еврейской иммиграции... защиту прав и статуса других групп населения». На практике мандатные власти почти сразу же обнаружили, что возложенные на них обязанности не совместимы между собой. Политические лидеры палестинских арабов выступали против еврейской иммиграции и создания в стране национального дома для еврейского народа, рассматривая и британцев, и евреев как «крестоносцев 20 века», коих необходимо как можно быстрее изгнать с арабского Ближнего Востока. Надежды некоторых еврейских лидеров (Х. Вейцмана, М. Шарета и других) договориться с арабскими националистами о мирном сосуществовании и совместных действиях против британских властей оказались тщетными.

Межнациональный конфликт

Уже в конце февраля 1920 г. арабы Палестины провели серию антиеврейских и антибританских демонстраций в городах и некоторых селах. В этих демонстрациях проявилось воодушевление палестинских арабов по поводу объявленной коронации Фейсала как будущего короля объединенной Сирии (включавшей с его точки зрения и Палестину). В начале марта, на следующий день после коронации Фейсала, Палестину/Эрец-Исраэль охватила новая волна демонстраций, которые на этот раз сопровождались многочисленными вспышками насилия. Демонстранты в речах и лозунгах выражали поддержку Фейсала, выступали за арабский суверенитет и против сионизма. В апреле 1920 г. в Иерусалиме начались беспорядки; беснующиеся демонстранты нападали на евреев как внутри Старого города, так и за его пределами, неподалеку от Яффских ворот. Пять евреев были убиты и около двухсот ранены.

Развитие конфликта

Год спустя произошли новые беспорядки на националистической почве. В мае 1921 г. евреи, проживавшие в Яффе, подверглись нападению арабов. На следующий день погромы перекинулись и на окрестные населенные пункты, охватив в течение нескольких дней Петах-Тикву, Хадеру и Реховот. Два небольших района Петах-Тиквы были оставлены местными жителями и разрушены до основания. В ходе описываемых событий погибли 47 евреев (практически все — в Яффе и его окрестностях) и 146 были ранены. Среди арабов погибло 48 человек, и 73 было ранено. Только достаточно запоздалое вмешательство британской армии, которая действовала жестко и решительно, остановило беспорядки. Абсолютное большинство убитых и раненых среди арабов были жертвами столкновений с армией и полицией.

Попытки урегулирования конфликта

Британские власти не могли не отреагировать на произошедшие беспорядки. Чтобы предотвратить подобные инциденты в будущем, мандатные власти объявили о значительных изменениях во внутренней политике. Уже 14 мая 1921 г. верховный комиссар Г. Сэмюэл объявил о временном прекращении приема еврейских репатриантов, что было шагом навстречу арабского населения Палестины, у которого это было одним из основных требований. Вскоре Г. Сэмюэл выступил с программной речью, в которой заявил, что масштабы еврейской иммиграции «должны быть приведены в соответствие с экономическими возможностями Палестины», не конкретизируя при этом, кем и как именно будут измеряться эти «возможности». Эта витиеватая формулировка, повторенная в 1922 г. в так называемой Белой книге У. Черчилля, позволила британским мандатным властям последовательно накладывать все большие ограничения на иммиграцию, при этом сохраняя свободу маневра и полный контроль над ситуацией.


Отношение лидеров еврейского и арабского национальных движений к изменениям в политике Великобритании в отношении Палестины/Эрец-Исраэль было и оставалось весьма различным. Сионистские организации с болью и горечью констатировали изменения в британской политике, но каждый раз, пусть и с оговорками, принимали новую политику и продолжали конструктивное сотрудничество с мандатными властями. Арабские националисты, со своей стороны, раз за разом отвергали все компромиссные предложения британцев, требуя создания арабского государства на всей без исключения территории Палестины. В 1920-е – 1930-е гг. при помощи насилия арабы добились значительных результатов в политической сфере, однако так и не смогли выработать конструктивную позицию, адекватную региональной политической ситуации.


Подобное отношение сторон отчетливо проявилось уже в их реакциях на Белую книгу У. Черчилля (1922): Исполнительный комитет Сионистской организации неохотно согласился с изложенной в ней политической программой, тогда как лидеры палестинских арабов полностью отвергли ее. Так продолжалось в течение всего мандатного периода: арабские волнения приводили к созданию комиссий по расследованию, выводы которой заставляли Лондон корректировать свою палестинскую политику, все дальше и дальше отходя от принципов Декларации Бальфура. После инициированных арабами в августе 1929 г. беспорядков в Иерусалиме и Хевроне, в ходе которых были убиты и ранены более пятисот евреев (порядок был восстановлен только благодаря прибытию английского военного подкрепления из Египта), Британия направила в Палестину Комиссию по расследованию во главе с судьей сэром В. Шоу. В отчете, поданном комиссией Шоу британскому правительству, утверждалось, что основной причиной «ненависти и вражды», которую арабы испытывают к евреям, является еврейская репатриация и приобретение сионистами арабских земель. Летом 1930 г. похожий отчет был составлен по просьбе британского правительства и отставным офицером сэром Дж. Хоуп-Симпсоном. В августе 1930 г. правительство Великобритании, основываясь на этих отчетах, опубликовало Белую книгу Пасфильда (названную по имени тогдашнего министра колоний лорда С. У. Пасфильда), значительно ограничившую еврейскую иммиграцию. Арабское восстание 1936–1937 гг. привело к созданию новой комиссии — на этот раз ее возглавил лорд Э. Пиль. Отчет Комиссии Пиля, опубликованный в июле 1937 г., призывал к разделу Палестины на два государства: еврейское и арабское (см. Планы раздела Палестины). Небольшая часть территории, а именно коридор, соединявший Иерусалим с Яффой, должен был остаться под британским контролем. Хотя этот план предусматривал создание арабского государства на более чем 80% территории Палестины, лидеры еврейской общины приняли, а арабские представители категорически отвергли его. В 1938 г. для того, чтобы умиротворить растущее арабское недовольство британским правлением, правительство назначило новую комиссию — на этот раз во главе с сэром Дж. Вудхедом — для проверки осуществимости плана раздела страны согласно рекомендациям комиссии Пиля.

В отчете, опубликованном осенью 1938 г., комиссия Вудхеда констатировала, что из-за сопротивления арабов идее раздела Палестины осуществить его не представляется возможным. Год спустя началась Вторая мировая война, и палестинский вопрос сошел с повестки дня. После окончания войны, в 1947 г., новый план раздела Палестины был предложен полномочной комиссией Организации Объединенных Наций; он был принят еврейской общиной (что было тяжело и непросто), и отвергнут палестинскими арабами. Условия мирного соглашения были с каждым разом все менее благоприятными для палестинских арабов: в 1937 г. им предлагалось создать государство на 80% всей территории подмандатной Палестины, в 1947 г. — на 45%, в 2000 г. (на переговорах в Кемп-Дейвиде и в Табе) — на примерно 22% (около 95% территорий Иудеи и Самарии, а также весь сектор Газа). Палестинские лидеры последовательно отвергали все эти (и подобные) предложения, в результате чего палестинское арабское государство не создано до сих пор. За прошедшие десятилетия в мире произошли грандиозные изменения, однако непримиримая политика палестинских арабских лидеров в отношении сионистского движения была и оставалась практически неизменной.

Война 1948 г. и проблема беженцев

Прямым результатом арабского отказа принять план раздела Палестины, предложенный ООН, является проблема беженцев: если бы арабская сторона согласилась на раздел и не начала военных действий, те, кто стали беженцами, могли бы мирно жить в собственном государстве.

Арабский "Исход"

Исход палестинских арабов из городов и деревень происходил на всем протяжении первой арабо-израильской войны, начиная с того момента, когда Генеральная Ассамблея ООН приняла 29 ноября 1947 г. резолюцию о разделе Палестины на два государства — еврейское и арабское, с выделением двух городов — Иерусалима и Вифлеема (Бет-Лехема), в отдельный анклав, находящийся под международным контролем. Цель вооруженной борьбы, начатой арабами, была такова: насильственным образом привести к срыву решения ООН и предотвратить создание еврейского государства. Еврейские лидеры выразили свое согласие с решением ООН, несмотря на то, что в соответствии с ним самый священный для евреев город — Иерусалим, в котором они к тому же составляли большинство населения, должен был остаться за пределами суверенной еврейской территории. Палестинские арабы и соседние арабские государства провозгласили об однозначном неприятии решения ООН, а также о намерении лишить евреев какой-либо возможности основать в Палестине собственное государство.


В общей сложности во время Войны за независимость около шестисот тысяч арабов покинули свои дома (в различных источниках приводятся цифры от 520 до 900 тыс. человек, иногда даже более; по этому поводу имеются существенные разногласия как в академических, так и в политических кругах), однако не более четверти из них были изгнаны в ходе боев израильской армией. Подавляющее большинство палестинцев либо ушли после того, как им стало известно, что в соответствии с резолюцией ООН их города и деревни окажутся в границах еврейского государства, либо бежали или вынуждены были бежать, подчиняясь давлению арабского руководства, чтобы создать условия для предстоящего вторжения. Случалось, что арабские полевые командиры отдавали приказ об эвакуации поселений, жителей которых подозревали в сотрудничестве с евреями.


Уже в начале 1948 г. Арабская лига и Высший арабский комитет Палестины начали пропагандистскую кампанию, целью которой было побудить арабских жителей Палестины «искать временное убежище в соседних странах». Первыми покинули страну богатые арабы, надеявшиеся переждать военные действия в Бейруте или Каире. С декабря 1947 г. по февраль 1948 г. страну покинуло лишь около двадцати тысяч человек. Однако постепенно арабская пропаганда добилась успеха, использовав, в частности, гибель многих жителей Дейр-Ясина во время захвата деревни силами Эцела (см. Иргун цваи леумми, а также Государство Израиль. Исторический очерк). В марте 1948 г. начался массовый исход арабского населения из долины Шарон (между Тель-Авивом и Хайфой). Как правило, это был именно исход, а не бегство, так как многие арабы распродали свое имущество еврейским соседям. В Тверии шеститысячное арабское население держало в осаде две тысячи еврейских жителей города. Когда последним удалось прорвать блокаду, арабы Тверии 18 апреля 1948 г. неожиданно оставили город, по всей очевидности, повинуясь чьему-то распоряжению. В Цфате арабы, удерживавшие в своих руках стратегические господствующие позиции, в одну ночь покинули город, хотя они численно в десять раз превосходили полуторатысячное еврейское население города. В 1948 г. около шестидесяти тысяч арабских жителей Хайфы по распоряжению своих лидеров покинули город. Первый случай насильственной эвакуации арабского населения имел место в районе ЛодРамла 12 июля 1948 г., где еврейские силы, чтобы предотвратить угрозу своим флангам, потребовали от 35 тысяч местных арабских жителей покинуть свои дома и перейти на территорию, занятую Арабским легионом, силы которого располагались в нескольких километрах от еврейских позиций.

Противостояние эвакуации арабского населения

Ишув, со своей стороны, стремился удержать арабов от опрометчивого бегства, уже 2 октября 1947 г. выступив с заявлением, что «еврейский народ протягивает арабским народам руку искренней дружбы и братства и призывает их к сотрудничеству как свободных и равных партнеров в деле мира и прогресса на пользу своих стран». 30 ноября 1947 г., на следующий день после голосования в ООН, Еврейское Агентство заявило о стремлении ишува к миру и сотрудничеству с арабами. В Декларации независимости Израиля, обнародованной 14 мая 1948 г., провозглашалось: «Призываем сынов арабского народа, проживающих в Государстве Израиль — даже в эти дни кровавой агрессии... — блюсти мир и участвовать в строительстве Государства на основе полного гражданского равноправия и соответствующего представительства во всех его учреждениях, временных и постоянных». Еврейское руководство не ограничивалось декларациями, а принимало все зависящие от него меры, чтобы предотвратить исход арабского населения. Вот как излагал историю событий в Хайфе С. Джубран перед американскими журналистами в 1962 г.: «Высшее арабское командование просило население покинуть страну на две недели, чтобы не мешать военным операциям. Они говорили нам: «Пушки не различают, кто перед ними — арабы или евреи. Оставьте страну на несколько недель, и вы вернетесь назад с победой...» Я слышал громкоговоритель Хаганы, призывавший арабов остаться и жить в мире с еврейскими братьями. Покойный мэр Хайфы также просил население вернуться в наши дома. Гистадрут, наш профсоюз, распространял листовки, призывавшие арабов вернуться. У меня до сих пор сохранилась такая листовка». Для переговоров с хайфскими арабами Д. Бен-Гурион направил Голду Меир.

До начала военных действий в Палестине/Эрец-Исраэль проживали около 750 тыс. арабов, из которых около 160 тыс. остались в Израиле. Около двухсот тысяч беженцев осели на территории Западного берега (Иудеи и Самарии), которую контролировала Иордания, около 190 тыс. — в полосе Газы, оккупированной Египта. Около семидесяти тысяч поселились в самой Иордании, еще около ста тысяч — в Ливане и примерно семьдесят пять тысяч — в Сирии. В первые же годы около 20% беженцев, согласно отчетам Ближневосточного агентства ООН по оказанию помощи палестинским беженцам и организации работ (UNRWA, в принятой русской транскрипции — БАПОР), нашли постоянное местожительство в арабском мире, в частности, в Иордании и на аннексированных ею территориях Западного берега. Дальнейшая интеграция беженцев, однако, была искусственно приостановлена арабскими странами, заявлявшими, что «решение проблемы беженцев устранит живое свидетельство преступлений, совершенных Израилем против арабского народа». Арабские правительства предпочли возложить заботу о беженцах на мировую общественность и, в частности, на структуры ООН.

Вмешательство ООН

Управление ООН по делам палестинских беженцев, которое было создано специально для этой категории вынужденных переселенцев (проблемами всех остальных беженцев в ста двадцати странах мира занимается отдельное ведомство верховного комиссара ООН по делам беженцев), ввело особое правило, которое не применяется ни к одной другой категории вынужденных мигрантов: потомки беженцев, родившиеся в изгнании (то есть, за пределами Палестины), также получают статус беженцев. Таким образом, арабским странам предоставляется право не брать на себя ответственность за судьбу сотен тысяч людей, проживающих на их территории, а также создается и культивируется коллективное самосознание этих людей, воспринимающих себя как «беженцев». Вместо того чтобы способствовать их интеграции, Управление ООН удерживает их на периферии общественной жизни тех стран, в которых они проживают на протяжении многих лет.

Сразу же после заключения Родосских соглашений о прекращении огня (см. Война за независимость), арабские страны выступили с требованием о признании права арабских беженцев на возвращение, опираясь на параграф 11 резолюции Генеральной Ассамблеи ООН №194 (III) от 11 декабря 1948 г. (хотя арабские стороны голосовали против нее).

В резолюции №194 (III) говорилось, что «беженцы, желающие вернуться в свои дома и жить в мире со своими соседями», должны получить возможность осуществить свои намерения, а тем, кто решит не возвращаться, будет выплачена компенсация за оставленную собственность и возмещен ущерб «в соответствии с принципами международного права», за что будут отвечать правительства государств, затронутых этой проблемой. По мнению Израиля, формулировка «беженцам должно быть разрешено вернуться к ближайшему возможному сроку» означала, что только суверенное Государство Израиль может дать разрешение на возвращение и определить его сроки. Параграф 11 не предоставляет беженцам каких-либо неограниченных «прав на репатриацию» и даже не использует данной формулировки. В действительности ООН, согласно вверенным ей полномочиям, не имеет права по своему усмотрению предоставить тому или иному лицу возможность въезда на территорию какого-либо суверенного государства. Хотя такой термин как «права» и содержался в первоначальном проекте резолюции, в конечном итоге он был отвергнут большинством голосов и вычеркнут из текста. Вместо этого была использована фраза «следует разрешить» — разумеется, разрешение может быть предоставлено исключительно тем правительством, которое стоит во главе упомянутого в резолюции государства. В вопросе о принятии беженцев и их расселении на своей территории Израиль должен принимать во внимание ситуацию в целом, и, что особенно важно, руководствоваться соображениями безопасности, которые учитывают характер взаимодействия между еврейским государством и его арабскими соседями, а также позицию самих беженцев в отношении Израиля. В резолюции говорилось о беженцах, желающих «жить в мире с соседями»; таким образом, самой Организацией Объединенных Наций возвращение палестинских арабов было напрямую увязано с установлением мира в Палестине.

Развитие ситуации

Требование арабских стран о возвращении беженцев не только не имеет основания в соответствующей резолюции ООН, но и является исторически беспрецедентным: среди сотен резолюций и решений, касающихся беженцев, трудно найти хотя бы один документ, призывающий или хотя бы упоминающий репатриацию. После Второй мировой войны в мире насчитывалось около 40 млн. беженцев; во всех случаях решение проблемы состояло в нахождении нового местожительства, а не в репатриации. Германия абсорбировала около десяти млн. беженцев из Польши, Чехословакии и других европейских стран. Франция приняла около 1,4 млн. беженцев, включая мусульман, покинувших Северную Африку при образовании там независимых государств, Финляндия приняла около четырехсот тысяч карелов, и т. п. Тем не менее Израиль предложил принять сто тысяч беженцев в рамках общего арабо-израильского урегулирования. При этом Израиль требовал и требует учитывать, что с 1948 по 1978 гг. он сам принял и абсорбировал свыше 577 тыс. еврейских беженцев/эмигрантов из арабских стран, и более 167 тыс. из них были выходцами из тех государств, которые атаковали Израиль в 1948 г., а именно — Сирии, Ливана, Ирака и Египта (в Иордании еврейской общины не существовало). Все эти люди также получили израильское гражданство и либо нашли себе работу, либо получали помощь от существующей в Израиле системы социального обеспечения. Еврейские беженцы из арабских стран были вынуждены покинуть свои дома, а зачастую и бросить все свое имущество, в результате растущей враждебности местного населения, погромов, дискриминации со стороны властей, а также открытой угрозы их жизни, выраженной, например, в выступлении египетского делегата в ходе дебатов на Генеральной Ассамблее ООН в 1947 г.: «Создание еврейского государства поставит под угрозу жизнь миллионов евреев мусульманских стран». Израильское предложение было отклонено арабской стороной, а 1 апреля 1950 г. Арабская лига приняла постановление, воспрещающее ее членам вступать в какие-либо переговоры с Израилем. С этих пор арабские беженцы, искусственно, а зачастую насильственно удерживавшиеся в лагерях беженцев, где они оказывались иждивенцами БАПОРа, использовались арабскими странами в качестве пропагандистского оружия против Израиля. Арабская пропаганда, ссылаясь на отчеты БАПОРа, утверждает, что число беженцев превышает 4200 тыс. человек (данные на конец 2004 г.). Однако следует помнить, что после окончания Войны за независимость многие арабы, проживавшие на территориях, оккупированных Иорданией, объявили себя пострадавшими от военных действий, чтобы получить помощь ООН. Многие лица, никогда не жившие на территории Израиля, были внесены таким образом в списки БАПОРа, которое не имело возможности проверить устные заявления ходатайствующих. Уже в декабре 1949 г., согласно отчету экономической комиссии ООН, в списках БАПОРа было более 160 тыс. лиц, не являющихся беженцами. В 1955 г. директор БАПОРа сообщил на конференции по проблемам палестинских беженцев в Иерусалиме, что некоторые беженцы имеют до 500 удостоверений беженцев и занимаются их перепродажей на черном рынке.

Арабские жители, оставшиеся в Государстве Израиль, получили израильское гражданство сразу после окончания войны. Арабские страны повели себя по отношению к оказавшимся на их территории палестинским беженцам иначе: Иордания оказалась единственным государством, которое предоставило им гражданство. В 1967 г., после восемнадцати лет жизни под властью Иордании и Египта, почти половина жителей сектора Газа (170 тысяч из 350 тысяч человек) и примерно десятая часть жителей Западного берега реки Иордан (около шестидесяти тысяч из шестисот тысяч человек) проживали в лагерях беженцев и получали помощь от Управления ООН по делам палестинских беженцев. Население сектора Газа не получило египетского гражданства и, как следствие, было лишено элементарных гражданских прав. Примерно две трети палестинских беженцев (около двухсот из трехсот тысяч человек), находящихся в Ливане, до сих пор, по прошествии более чем пятидесяти лет с момента их исхода, изолированы в лагерях.

Арабский террор против Израиля

Антиизраильский террор является орудием арабских стран в их борьбе против Израиля. Созданные в своем большинстве по инициативе различных арабских правительств, рекрутировавших для этой цели беженцев Войны за независимость, террористические организации получают от арабских стран деньги и оружие и зависят от правительств государств, принявших их на своей территории. Однако объективная динамика развития терроризма привела к тому, что террористические организации, играя на разногласиях в арабском мире и пользуясь политическим капиталом, приобретенным с помощью арабской пропаганды, достигли известной свободы маневрирования, став не только военной угрозой Израилю, но и дестабилизирующим фактором регионального и общемирового значения.

Террор до образования государства Израиля

Арабский и палестинский терроризм против Израиля начался задолго до того, как в результате победы в Шестидневной войне Израиль установил контроль над Иудеей, Самарией и Газой. Арабский терроризм свирепствовал во время волны антиеврейских беспорядков в 1920–1921 гг. и в 1929 г., во время арабского восстания 1936–1939 гг. и в другие периоды. Кампания арабского терроризма была усилена накануне принятия Генеральной ассамблеей ООН резолюции о разделе Палестины (ноябрь 1947 года), за которой последовало арабское нападение на Израиль.

Террор после образования Израиля

После Войны за независимость масштабы антиизраильский арабский террор приобрел новое измерение. В 1951–1955 гг. 503 израильтянина были убиты и ранены арабскими террористами, проникнувшими из Иордании; 358 — из Египта; 61 — террористами из Сирии и Ливана. Террористические акты совершались как в небольших населенных пунктах в приграничных районах (в Лоде, Ашкелоне, Нахал-Оз), так и в Иерусалиме и в городах центра страны. Террористические акты совершались, хотя и в несколько меньшем объеме, в период между Синайской кампанией и Шестидневной войной. Террористы «осваивали» все новые и новые методы: так, 14 апреля 1953 г. группа боевиков впервые попыталась проникнуть в Израиль морским путем, на двух катерах; 8 ноября 1956 г. боевики обстреляли пассажирский поезд; 12 апреля 1962 г. был обстрелян следовавший в Эйлат пассажирский автобус. 1 января 1965 г. палестинские террористы попытались взорвать национальный водопровод Израиля; это был первый теракт, совершенный организацией Фатх («Завоевание»; обратный акроним слов «национальное движение за освобождение Палестины», основана в 1958 г.). Идеология Фатха базировалась на двух принципах: освобождение Палестины является первостепенной задачей самого палестинского народа, а не арабских государств; оно может быть достигнуто исключительно в ходе вооруженной борьбы, а не политическим путем. С первых дней существования Фатха терроризм стал главным направлением ее деятельности.

До конца 1980-х гг. большинство арабских террористических организаций были объединены в рамках Организации освобождения Палестины (ООП), созданной решением Лиги арабских стран в 1964 г. для борьбы с Израилем и ведения террористической деятельности против него. Достаточно быстро на ведущие позиции в ООП выдвинулись активисты Фатха, у истоков создания которого стояли Я. Арафат, С. Халаф (убит в 1991 г. боевиками палестинской террористической организации Абу-Нидаля), Х. эль-Хасан, Х. эль-Вазир (убит в 1988 г. силами израильского спецназа) и Ф. Каддуми. В 1968 г. Я. Арафат сменил первого руководителя ООП А. Шукейри на посту главы организации. Кроме Фатха, важную роль в ООП играли Народный фронт освобождения Палестины (НФОП), основанный в 1967 г., — марксистско-ленинская группировка во главе с Дж. Хабашем и со штаб-квартирой в Дамаске; Демократический фронт освобождения Палестины (ДФОП), основанный в 1969 г. Н. Хаватме, со штаб-квартирой в Дамаске; Народный фронт освобождения Палестины — Главное командование (НФОП–ГК), основанный в 1968 г. А. Джибрилем, со штаб-квартирой в Рехане близ Дамаска, а также некоторые другие организации.

Палестинская хартия

Идеологической платформой ООП на протяжении многих лет являлась так называемая Палестинская хартия, принятая на заседании Палестинского национального совета в Каире в 1968 г. и гласившая: «Освобождение Палестины является, с арабской точки зрения, национальным долгом — отразить сионистскую империалистическую агрессию против великой арабской нации и ликвидировать сионистское присутствие в Палестине» (статья 15); «Раздел Палестины в 1947 г. и создание Израиля не признаны и никогда не будут признаны, потому что это противоречило воле народа Палестины и его естественному праву на отечество...» (статья 19); «Палестинский арабский народ, самовыражением которого является вооруженная палестинская революция, отвергает всякое решение, кроме полного освобождения Палестины, и всякий план, направленный на урегулирование палестинской проблемы или ее международное решение» (статья 21); «Вооруженная борьба — единственный путь к освобождению Палестины...» (статья 9).

В ходе переговоров с Израилем в рамках процесса Осло (см. Государство Израиль. Внешняя политика) руководители ООП взяли на себя обязательства по отмене Палестинской хартии. 24 февраля 1996 г. исполком ООП собрался на чрезвычайное совещание для обсуждения данного вопроса, однако в итоге было принято только решение о создании специальной комиссии «для всестороннего изучения этого вопроса». 14 декабря 1998 г. Палестинский национальный совет (ПНС) в присутствии президента США Б. Клинтона проголосовал за отмену положений Палестинской хартии, обуславливающих уничтожение Израиля, не перечисляя и не конкретизируя, о каких именно положениях идет речь. Более того, изменение Хартии не нашло никакого отражения в официальных документах Палестинской автономии и ООП, не был издан новый, исправленный текст, нигде и никогда не было перечислено, какие именно пункты отменены, из-за чего многие в Израиле сочли заседание ПНС спектаклем, который не имел какого-либо реального значения.

С начала 1968 г. ООП начала обосновываться на восточном берегу реки Иордан, что повлекло изменение военной структуры этой организации и характера осуществляемых ею акций: место небольших мобильных отрядов, действующих в гуще арабского населения, заняли полурегулярные подразделения. Практически все лагеря беженцев на территории Иордании перешли под контроль ООП, превратившись в ее военные базы. Присутствие ООП в Иордании финансировалось и поощрялось правительствами ряда арабских стран, требовавших от Иордании не препятствовать развитию инфраструктуры и росту числа террористов. К началу 1969 г. ООП превратилась в автономную силу в Иордании. Осознав, что сложившееся положение является прямой угрозой стабильности и суверенитету страны, иорданское правительство ввело в действие армию. В ходе двухнедельных боев были уничтожены тысячи террористов и восстановлен контроль над большинством районов страны. В июле 1971 г. террористы были изгнаны из своего последнего прибежища на территории Иордании.

Утратив позиции в Иордании, ООП перебазировалась в Сирию и Ливан. Присутствие террористов в Ливане началось еще в 1968 г., однако лишь после их изгнания из Иордании началось превращение Ливана в оплот ООП. При активном содействии Сирии ООП создала десятки баз в Южном Ливане и установила контроль над лагерями беженцев, превратив их в учебные лагеря и базу для вербовки террористов. Слабое правительство Ливана не могло препятствовать развертыванию инфраструктуры ООП в стране и осуществлению антиизраильских акций с ливанской территории. Оплот ООП на юге Ливана получил известность под именем Фатхленда. Пользуясь слабостью ливанского правительства и поощряемая правительствами других арабских стран, не заинтересованных в присутствии террористов на своей территории, ООП создала в Ливане государство в государстве, с собственной администрацией, вооруженными силами и даже промышленными предприятиями, что послужило одной из причин дестабилизации и без того неустойчивого этнополитического баланса в стране и последовавшей за этим гражданской войны. Бейрут, где располагалась штаб-квартира ООП, превратился в центр международного террора. Из пятнадцати тысяч террористов, находившихся в Ливане, около шести тысяч были размещены на юге, близ границы с Израилем. Инфильтрация вооруженных банд в Израиль и артиллерийские обстрелы с территории Ливана стали повседневным явлением. Прекращение огня в июле 1981 г. было использовано ООП для массированного перевооружения сил и превращения их в регулярную армию. К концу 1982 г. в распоряжении террористов на юге Ливана находилось большое количество танков и артиллерийских орудий, минометов и установок типа «катюша».

В результате Ливанской кампании военное присутствие и инфраструктура ООП на юге Ливана были ликвидированы, а находившиеся в Бейруте штабы эвакуированы. Изгнание из Ливана нанесло тяжелый удар по ООП, вынужденной вновь поставить себя в полную зависимость от правительств арабских государств, по территориям которых силы террористов оказались рассеяны, — Алжир, Ливия, Сирия, Тунис, Северный и Южный Йемен. Внутренний кризис в ООП привел к расколу в рядах Фатха в 1982 г. и падению авторитета Арафата как признанного лидера ООП.

После 1982 г. штаб-квартира ООП переместилась в Тунис. С начала 1984 г. в результате политического соглашения между иорданским королем Хусейном и Я. Арафатом присутствие ООП вновь становится ощутимым в Иордании. Частичное присутствие групп ООП все больше проявляется в Бейруте и в лагерях палестинских беженцев на юге Ливана. Подобное положение дел сохранялось до 1994 г., когда Я. Арафат и его ближайшие сподвижники получили возможность не только прибыть на территории Западного берега (Иудеи и Самарии) и Газы, но и создать там Палестинскую автономию.

Террор после прихода Я. Арафата к власти

На протяжении многих лет ООП была единственной террористической организацией в мире, открыто поддерживаемой суверенными правительствами, предоставляющими ей не только материальную помощь, но и базы для террористических операций; ООП располагала и официальными представительствами по всему миру. С февраля 1969 г., когда Я. Арафат стал во главе ООП, и до начала первой интифады (декабрь 1987 г.) входившими в нее подразделениями были совершены многие тысячи террористических акций, большей частью против израильских гражданских объектов, в которых было убито более семисот израильтян. Характерная особенность арабского террора — выбор гражданских целей в качестве объектов террористических акций: нападение на мирных жителей (например, убийство жильцов дома в Кирьят-Шмоне в апреле 1974 г.; погибло восемь детей, три женщины и пять мужчин), взрывы бомб в переполненных маршрутных автобусах (например, в автобусе №18 в Иерусалиме в декабре 1983 г.; погибло четыре и ранено 46 человек); захват детей в качестве заложников (например, около ста учащихся в школьном здании в Маалоте в мае 1973 г.; убито четверо и ранено 70 детей); артиллерийские обстрелы гражданских поселений (Метула, Кирьят-Шмона, Нахария, сельско­хозяйственные поселения вдоль израильско-ливанской границы) и т. п. Чтобы затруднить ответные израильские акции, ООП преднамеренно размещает свои базы в гуще гражданского населения и вблизи школ, больниц и т. п.

Террор после первой интифады

Масштабы антиизраильского террора заметно выросли с началом первой волны интифады. С 9 декабря 1987 г. по 28 сентября 2000 г. палестинские боевики убили 423 израильтянина (из них 271 — гражданские лица, а 151 — военные и представители сил безопасности). С 29 сентября 2000 г. (дата начала второй интифады) по 31 мая 2005 г. палестинцами были убиты 960 израильтян (из них 657 — гражданские лица, а 303 — военные и представители сил безопасности). Кроме того, в Израиле и на контролируемых территориях палестинскими боевиками были убиты 42 иностранных гражданина.

ХАМАС

В декабре 1987 г. в Газе была основана радикальная организация ХАМАС («Исламское движение сопротивления»). Хотя изначально израильские власти не возражали против существования этой организации, надеясь, что ее деятельность в сферах образования и социального обеспечения станет альтернативой террористической активности Фатха и ООП, за считанные месяцы именно ХАМАСво главе со своим лидером шейхом Ясином Арафатом (ликвидирован израильскими силами безопасности в марте 2004 г.) стал наиболее агрессивной и непримиримой из палестинских организаций. Лидеры ХАМАСа отказались признать саму возможность какого-либо компромисса с Израилем, объявив о своем категорическом неприятии соглашений Осло и о продолжении вооруженной борьбы против Израиля (которую, впрочем, не прекращали и силы ФАТХа). Более половины всех терактов, осуществленных с начала второй интифады до 15 августа 2005 г., когда началась реализация так называемой программы размежевания (см. Государство Израиль. Еврейские поселения на контролируемых территориях), были проведены именно ХАМАСом. Все большую роль в Газе играет и непримиримая террористическая организация Исламский джихад.

Наряду с акциями в Израиле и на территории Иудеи, Самарии и полосы Газы, ФАТХ, ХАМАС и другие палестинские террористические организации проводили террористические операции во многих странах мира. Начало этой деятельности было положено НФОП, который только между 1968 г. и 1970 г. совершил 25 террористических акций вне Израиля, преимущественно в Европе. С 1970 г. ультрарадикальная палестинская националистическая организация «Черный сентябрь» начала осуществлять террористические акции вне Израиля. Между 1971 г. и 1980 г. было проведено около 60 таких операций, включая убийство иорданского премьер-министра В. Тала, взрыв нефтехранилищ в Роттердамском порту, захват иорданских гражданских самолетов, убийство одиннадцати израильских спортсменов на Олимпийских играх в Мюнхене в 1972 г., захват посольства Саудовской Аравии в Хартуме, во время которого были убиты бельгийский и два американских дипломата, и т. п. В 1974 г. Фатх принял решение воздерживаться от участия в террористических акциях вне Израиля, так как они повредили его попыткам добиться международной легитимации, однако НФОП продолжал осуществлять международные акции, в частности, захватил в 1976 г. французский авиалайнер, который освободили израильские десантники в аэропорту Энтеббе (Уганда). После визита в Иерусалим в ноябре 1977 г. египетского президента А. Садата ООП возобновила террористическую активность за рубежом. Террористическая война палестинских организаций против еврейского государства и его граждан продолжается.

Арабское население контролируемых территорий

В результате Шестидневной войны территории, оккупированные в 1948 г. Иорданией (Иудея и Самария) и Египтом (полоса Газы), перешли под контроль Израиля.

Численность населения Западного берега (Иудеи и Самарии) и полосы Газы до Войны за независимость составляла примерно пятьсот тысяч человек (на Западном берегу — 428 тыс., в секторе Газа — 73 тыс.). Согласно проведенной после Шестидневной войны переписи (сентябрь 1967 г.), население занятых в 1967 г. территорий составляло 990 тыс. человек (на Западном берегу — 599 тыс., в секторе Газа — 390 тыс.), из них 96%– мусульмане. Около 60% жителей в Газе и около 10% — на Западном берегу имели статус беженца. В 1984 г. население контролируемых территорий достигло 1 297 тыс. человек, из них 787 тыс. на Западном берегу и 510 тыс. — в секторе Газа. В настоящее время Палестинское статистическое бюро оценивает численность арабского населения Западного берега и Газы в 3,7 миллиона человек, из коих 2,3 миллиона проживают на Западном берегу и 1,4 миллиона — в секторе Газа (данные за 2004 г.). Согласно данным Палестинского статистического управления, в настоящее время (2004 г.) 42,6% живущих на Западном берегу и в секторе Газа арабов имеют статус беженца. Многие израильские демографы считают эти цифры серьезно завышенными, однако они лишены возможности провести перепись населения на территориях, подконтрольных Палестинской автономии, и потому не располагают точными данными, которые можно было бы противопоставить официальной палестинской статистике.

В 1967 г. городское население составляло 22,6% в Иудее и Самарии и 46,7% в полосе Газы; к настоящему времени доля городского населения значительно возросла. В 1967 г. на Западном берегу насчитывалось около 400 сельских населенных пунктов, из них семь крупных (свыше пяти тысяч жителей), а в полосе Газы — 12, из них лишь один крупный. Лагеря беженцев по большей части являются пригородами и фактически представляют собой поселения городского типа.

Возрастной состав арабского населения территорий Западного берега и Газы характеризуется весьма высокой долей детей: возрастная группа 0–14 лет достигает почти 50% всего населения. Доля этой возрастной группы понизилась с 1967 г. по 2004 г. лишь незначительно: с 50% до 46%, тогда как доля лиц старше 65 составляет только 3,1%. Средний возраст населения равен 16,7 года. Уровень репродуктивности (по данным на 1999 г.) составляет 5,9 ребенка на одну женщину (среди арабов, живущих на территории Израиля — 4,6 ребенка на одну женщину). Продолжительность жизни мужчин, по данным за 2003 г., составляет 70,7 года, женщин — 73,8 года (в 1967 г. средняя продолжительность жизни арабов Западного берега и Газы составляла лишь 48 лет, в середине 1970-х гг. — 55 лет, в начале 1980-х гг. — 62 года).

Высокий естественный прирост населения частично уравновешивается отрицательным миграционным балансом на протяжении всего периода с 1967 г. Среди причин эмиграции как психологические (в первую очередь, неуверенность в политическом и экономическом будущем, резко возраставшая после войн 1967 г. и 1973 г.), так и экономические факторы (в первую очередь, спрос на рабочую силу и высокая заработная плата в нефтедобывающих арабских странах и экономическое положение на самих территориях и в Израиле). Многие арабские жители покидают территории Западного берега и Газы, отправляясь на заработки и на учебу в зарубежные страны.

Социально-экономическое развитие территорий Западного берега и Газы

После двухлетней оккупации (1948–1950 гг.) Иорданское Хашимитское королевство осуществило официальную аннексию Иудеи и Самарии, жители которых получили иорданское подданство. В полосе Газы, как и в соседних с Израилем арабских государствах, арабы бывшей подмандатной Палестины остались на положении беженцев, лишенных гражданства. Сравнительно высокий уровень политического и экономического развития арабов Палестины/Эрец-Исраэль оказался угрозой для устойчивости Хашимитского королевства, что стало особенно очевидным после убийства в 1951 г. иорданского короля Абдаллаха ибн Хусейна террористом палестинского происхождения и выразилось в поддержке населением Западного берега идеологии панарабизма. Для стабилизации положения Иордания проводила политику, основанную на трех принципах: концентрации ресурсов и экономического потенциала на Восточном берегу (за счет Западного берега); охране традиционной структуры палестинского общества; привлечении палестинской верхушки к управлению Иорданским государством. Первый фактор привел ко все усиливающейся экономической зависимости Западного берега от королевской администрации; второй — вызвал замедление политического развития и нейтрализацию экстремистских течений среди местного населения; третий — укрепил возможности контроля хашимитских властей над местным населением через посредство приемлемого для палестинцев руководства, которое, со своей стороны, было политически и экономически заинтересовано в сохранении существующей структуры.

В полосе Газы, находившейся под контролем Египта, большинство арабского населения было сосредоточено в лагерях беженцев и экономически полностью зависело от египетской администрации и БАПОРа. Египет не предпринимал никаких попыток вернуть беженцев к нормальной жизни, будучи — по политическим соображениям — заинтересован в увековечении существующего положения.

С установлением израильского контроля над Иудеей, Самарией и полосой Газы управление этими территориями было вверено военной администрации, подчиненной министру обороны, а впоследствии гражданские административные функции были переданы специально созданной гражданской администрации. Израильские власти в Иудее, Самарии и полосе Газы стали действовать через посредство местного административного аппарата (сохранившегося от прежних режимов) и муниципальных органов. Законы, действовавшие на контролируемых территориях до 1967 г., остались в силе, продолжали действовать местные судебные органы. Политика израильских властей состояла в том, чтобы свести к минимуму вмешательство в повседневную жизнь местного населения и обеспечить жителям полную личную свободу, поскольку это не противоречит требованиям безопасности.

Одним из основных административных изменений, введенных Израилем, было превращение местных органов власти в посредников между центральной властью и населением. В отличие от Иордании, которая опиралась в основном на так называемых местных нотаблей, израильская администрация распределяла материальные фонды и предоставляла обслуживание через муниципалитеты, укрепляя таким образом их статус. Переход влияния от семейных кланов к учреждениям способствовал ускоренной модернизации политической жизни. Другим фактором модернизации явились муниципальные выборы, впервые после 1963 г. состоявшиеся в 1972 г. в городах Самарии (28 марта) и Иудеи (2 мая). В выборах 1963 г., проведенных при иорданской власти, приняло участие около 50% всех имевших право голоса, а в выборах 1972 г. — около 85,5%, то есть около тридцати тысяч человек (выборы проводились в соответствии с иорданским законом от 1955 г., по которому право голоса имели только мужчины, платящие городские налоги). В результате выборов в 14 городах (из 21) были избраны новые мэры и 108 новых (из 192 избранных) членов муниципалитетов и местных советов. В следующих муниципальных выборах, состоявшихся в апреле 1976 г., число голосовавших удвоилось по сравнению с выборами 1972 г., что явилось следствием предоставления права голоса женщинам и снижения имущественного ценза.

Экономический и политический отрыв Западного берега от Иордании повлек за собой ослабление влияния проиорданских лидеров. Поскольку эти лидеры в своем большинстве принадлежали к традиционному руководству, падению их авторитета способствовала также общая модернизация жизни на контролируемых территориях. Образовавшийся политический вакуум заполнили новые политические лидеры, в той или иной форме связанные с ООП или поддерживающие ее. Эта тенденция усилилась в 1980-е гг. – первой половине 1990-х гг.

Сразу же по окончании Шестидневной войны по инициативе тогдашнего министра обороны М. Даяна перед арабами Западного берега и сектора Газы были открыты мосты через реку Иордан. Жители Иудеи и Самарии получили возможность, как и до войны, экспортировать свою продукцию в Иорданию и через нее — в другие арабские страны; жители Газы впервые получили возможность сбывать свою сельскохозяйственную продукцию на иорданском рынке. Политика «открытых мостов» и другие меры израильских властей привели к некоторой нормализации экономической жизни на контролируемых территориях. Переход Западного берега и сектора Газа под контроль Израиля привел к установлению контактов между двумя различными с точки зрения структуры и уровня развития экономики обществами. Валовая продукция на душу населения в сельскохозяйственном секторе Израиля была в четыре раза выше, чем на Западном берегу, и в шесть раз выше, чем в секторе Газа. На указанных территориях почти не было развитой промышленности. По этой причине уже в 1968 г. около 77% всей ввозимой на Западный берег и в сектор Газа промышленной продукции составляли изделия израильской промышленности; в 1973 г. эта цифра достигла 90%. В 1968 г. около 44% всей вывозимой из Иудеи, Самарии и полосы Газы продукции поступало на рынки Израиля, в 1973 г. — 66%.

Торговый дефицит Иудеи, Самарии и полосы Газы в их отношениях с израильским хозяйством частично покрывался включением жителей этих территорий в трудовой рынок Израиля. В первой половине 1970-х гг. заработки от работы в Израиле составляли около четверти всего валового продукта этих территорий. Рабочие из Иудеи, Самарии и полосы Газы были заняты преимущественно в секторах производства с низким техническим оснащением (свыше половины рабочих с контролируемых территорий было занято в сфере строительства), и это положение сохранялось на протяжении нескольких десятилетий. В 1968–1973 гг. годовой прирост валового продукта на Западном берегу составлял 14,5%, а в секторе Газа — 19,4% (в пересчете на душу населения соответственно — 11,8% и 17%). В последующие шесть лет средний прирост валового продукта замедлился — 7% в год на Западном берегу и 6% в секторе Газа (в пересчете на душу населения соответственно — около 5% и 5,5%), что объяснялось общим замедлением экономического роста в израильском хозяйстве после Войны Судного дня. Вследствие этого, а также в связи с повышением заработной платы, начиная с 1974 г., число занятых в Израиле рабочих из Западного берега и сектора Газы оставалось более или менее постоянным на протяжении длительного времени и стало снижаться только после начала интифады и создания Палестинской автономии. Дополнительным фактором стабилизации числа этих рабочих явилась значительная эмиграция в «нефтяные эмираты», которая, захватывая наиболее квалифицированные и производительные кадры, замедлила экономическое развитие этих территорий. В результате быстрого экономического роста резко возросло личное потребление и наметился технический прогресс и быстрый рост во многих секторах местного хозяйства. Развитие в промышленном секторе было сравнительно медленным, в первую очередь, вследствие конкуренции развитой израильской индустрии и неуверенности в политическом будущем. Благосостояние населения контролируемых территорий росло быстро, о чем свидетельствуют следующие цифры. В 1967 г. на Западном берегу лишь у 4,8% семей были холодильники, а в 1982 г. — у 51,5%; в полосе Газы эти показатели — 2,5% и 66,2% соответственно. Аналогичны также показатели оснащенности другими бытовыми приборами — телевизорами, стиральными машинами и т. п. Количество автомобилей в Иудее и Самарии возросло с 2,9 тыс. в 1967 г. до 27 тыс. в 1982 г., в Газе с 1,7 тыс. до 15 тыс. соответственно.

Произошло также значительное повышение уровня социальных услуг. Была расширена и модернизирована сеть медицинских учреждений и улучшилось медицинское обслуживание населения. Так, если в 1967 г. на Западном берегу было 55 врачей, то в 1982 г. — 188. В 1967 г. лишь 13,5% родов осуществлялось в больничных условиях, в 1982 г. — 48%, а в полосе Газы в 1967 г. — 13,1%, в 1982 г. — 72%. После 1967 г. на Западном берегу исчезла малярия и резко сократилась детская смертность, в первую очередь, от полиомиелита и кори. В 1973 г. на контролируемых территориях было введено медицинское страхование, в 1984 г. им было охвачено около 43% населения. В 1983 г. 4,5 тыс. арабских жителей Западного берега и полосы Газы получили медицинскую помощь в больницах Израиля. И после создания Палестинской автономии жители Западного берега и Газы продолжают получать медицинскую помощь в израильских больницах.

В 1967 г. на Западном берегу насчитывалось 821 учебное заведение (от детских садов до учительской семинарии), с общим числом классных комнат 4 401; в 1981/82 учебном году число учебных заведений составляло 1 036, с общим числом классных комнат 7 921; в полосе Газы в 1967 г. — 166 учебных заведений, с числом классных комнат 1 746; в 1981/82 учебном году соответственно 307 и 3 697. Численность учебных заведений на Западном берегу и в Газе росла и в последующие годы.

После 1967 г. на контролируемых территориях начали выходить три ежедневные газеты — «Ал-Кудс», «Ал-Фаджар» и «Аш-Шааб», а также многочисленные еженедельники.

За годы, прошедшие после Шестидневной войны, Израилю не удалось решить проблему контролируемых территорий. Несмотря на все усилия армии и сил безопасности, террористическая деятельность палестинских националистических организаций не прекращается и не сокращается, лояльную по отношению к Израилю местную арабскую элиту сформировать не удалось. Уровень жизни большинства местного населения, прежде всего — в Газе, остается крайне низким, причем центральную роль в обеспечении жителей сектора услугами в сфере образования и здравоохранения, как и прежде, играют структуры БАПОРа — организации, крайне недружественно относящейся к Израилю. Аморфность израильской политики при отсутствии внятной линии в отношении настоящего и будущего статуса контролируемых территорий привели к крайне неблагоприятным для Израиля результатам.

В августе 2005 г. правительством А. Шарона была реализована программа по выходу израильских сил из сектора Газа, однако израильские войска по-прежнему проводят на территории сектора антитеррористические операции.

Источники и ссылкм

Электронная еврейская энциклопедия на русском языке Уведомление: Предварительной основой данной статьи была статья ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ в ЭЕЭ